События разворачиваются в непритязательной ночной закусочне, где обычная вечеринка неожиданно прерывается появлением крайне неряшливого незнакомца. Его история — о будущем, где бездушный искусственный интеллект поставил человечество на грань порабощения — звучит как бред сумасшедшего. Но когда он, не дождавшись добровольцев, угрожает взорвать себя вместе со всеми присутствующими, его...
1950 год. Где-то в политически нестабильном регионе Ближнего Востока владелец огромной торговой империи Жа-Жа Корда переживает череду таинственных покушений. В ответ на угрозы он затевает масштабнейший трансконтинентальный инфраструктурный проект — «Финикийскую схему», который должен навсегда изменить экономический ландшафт региона и укрепить его собственное влияние.
«Франц» обращается к жизни Франца Кафки не как к набору дат, а как к внутреннему миру человека, чьё имя стало обозначением особого чувства тревоги перед системой. Кафка жил между службой, семейными ожиданиями, болезненной самооценкой и письмом, которое для него было не профессией в обычном смысле, а способом выдерживать реальность.
Дек вырос среди воинов, для которых ценность определяется силой, добычей и уважением клана. В глазах отца он слабость и позор, а значит, почти не имеет права на будущее. Когда старший брат жертвует собой, чтобы спасти Дека от приказа убить его, молодой хищник оказывается на планете Генна. Это не место для изгнанника, который хочет спокойно выжить.
У Мариэль появляется странная способность после обычного, почти бытового школьного конфликта. Теперь девочка слышит и видит, что делают её родители, даже когда они далеко от неё. Для семьи, привыкшей держаться за приличную оболочку, это оказывается хуже любого громкого скандала. Прятаться больше негде: случайные фразы, неловкие встречи и маленькие неправды складываются в картину, которую...
Джеймс Уайт приезжает в Цюрих как человек с собственной биографией, но уже на вокзале его лишают привычной опоры. В нём узнают Штиллера, пропавшего скульптора, связанного с давним политическим делом. Отрицание не помогает: слишком многие вокруг уверены, что перед ними именно тот человек, которого они помнят, любили, обвиняли или ждали.















