«Франц» обращается к жизни Франца Кафки не как к набору дат, а как к внутреннему миру человека, чьё имя стало обозначением особого чувства тревоги перед системой. Кафка жил между службой, семейными ожиданиями, болезненной самооценкой и письмом, которое для него было не профессией в обычном смысле, а способом выдерживать реальность.
Сортировать:Показано: 8
Сирота переносит драму в Будапешт 1957 года, где недавняя история всё ещё живёт в семьях, молчании и личных мифах. Двенадцатилетний Андор растёт с одинокой матерью и верит, что его отец погиб в концентрационном лагере во время Второй мировой войны. Для мальчика этот образ не просто семейная справка, а опора: отец остаётся героем, человеком, которого можно любить через память и отсутствие.
«Ромерия» строится вокруг поездки, в которой прошлое оказывается не архивом, а закрытой комнатой внутри семьи. Молодая девушка приезжает в портовый город, чтобы узнать больше о родном отце, умершем от СПИДа. Для неё это не праздное любопытство, а попытка собрать собственную историю из чужих обрывков, молчания и болезненных намёков.
«Молчаливый друг» строит историю вокруг места, где человеческие жизни проходят быстрее, чем меняются корни старого дерева. В 1908 году в Марбургский университет поступает первая студентка, и ее присутствие само по себе становится вызовом привычному порядку. В 1972 году застенчивый студент переживает безнадежную влюбленность в однокурсницу, пытаясь справиться с чувствами, которые не вписываются...
Гимназистка Вера Брандес живёт в консервативной семье в Кёльне. Учёба её мало интересует, в отличие от джаза. Вечерами она проводит время в джазовых заведениях Кёльна. Уже в 16 лет она организует турне по Германии для трио Ронни Скотта. В 1973 году, вопреки воле отца, Вера едет на джазовый фестиваль в Берлин. Там она впервые видит и слышит пианиста Кита Джарретта.
«Исчезновение Йозефа Менгеле» обращается к послевоенной главе биографии человека, чье имя связано с медицинскими преступлениями в Освенциме. После краха нацистской Германии Менгеле скрывается и уходит в Южную Америку, пытаясь раствориться в новых странах, документах и чужой помощи. Фильм смотрит не на войну как на завершенное прошлое, а на ее продолжение в бегстве тех, кто пытался избежать...
Один день из жизни известного нью-йоркского фотографа 1970-х и 80-х годов, о котором он рассказывает своей подруге.
Брянск, 1937 год. В тюрьме уничтожают тысячи писем заключённых, людей, оказавшихся жертвами ложных обвинений и почти лишённых возможности быть услышанными. Одно письмо случайно ускользает от огня и попадает к Александру Корневу, недавно назначенному местному прокурору. Для системы это бумага, которую проще не заметить.