Экранизация знаменитой пьесы Артура Миллера, написанной в 1953 году как аллегория на охоту за коммунистами в США эпохи маккартизма, переносит зрителя в Салем, Массачусетс, 1692 года. Режиссёр Николас Хайтнер сохранил всю напряжённость оригинального текста, подчеркнув параллели между массовой истерией прошлого и современными ему политическими репрессиями.
Уильям Престон: фильмы и сериалы
Джо приезжает в Нью-Йорк и селится в доме, предназначенном под снос. Этот дом — пристанище нищих и подозрительных типов и, главное, — тараканов. Тараканы могут говорить, петь, танцевать и многое другое. Именно тараканы становятся подлинными хозяевами квартиры полюбившегося им Джо, равно как и судьбы молодого человека и его девушки.
Фильм переносит зрителя в далёкое будущее, где растаявшие полярные льды превратили планету в безграничный водный простор. Выжившие на плавучих поселениях живут в постоянной борьбе за ресурсы, а легенды о последнем клочке суши становятся главной надеждой и целью. Среди них — Моряк, таинственный торговец и ныряльщик, который обладает редким даром — способностью перемещаться по воде.
«С унынием в лице» (Blue in the Face) — это живая, дышащая портретная зарисовка Бруклина середины 90-х, снятая в духе документального кино, но с безграничной импровизацией. Фильм не имеет классического сюжета, вместо этого он предлагает зрителю погрузиться в атмосферу улиц через серию мини-историй, диалогов и монологов, обращенных прямо в камеру.
После того как один из его слушателей, следуя язвительному совету в эфире, устроил кровавую резню, популярный нью-йоркский радиоведущий Джек сходит с ума от чувства вины. Он бросает карьеру, погружается в алкоголь и выживает на улицах, пока не сталкивается с Пэрри — бездомным бродягой, чей мир наполнен рыцарями, граалями и голосами из прошлого.
Джесси — ветеран криминального мира, ловкий мошенник и неутомимый драчун, для которого погоня за лёгкой наживой стала смыслом жизни. Его сын Вито много лет назад принял решение порвать с тёмным прошлым семьи и выстроить честное существование, мечтая, чтобы его сын Адам стал первым в роду, чья репутация не запятнана преступлениями.